История Магии в Северной Америке. By J.K. Rowling

By J.K. Rowling

Хотя европейские исследователи назвали этот континент Новым Светом, прибыв туда впервые, волшебникам Америка была известна задолго до маглов (заметка: в то время как у каждой национальности есть свой термин для слова «магл», американское сообщество использует сленговый термин не-маги (No-Maj), сокращение от «не магический» (No Magic)). Большое количество магических средств транспортировки — включая метлы и Трансгрессию — не говоря уже о видениях и предсказаниях, означало то, что даже самые отдаленные сообщества поддерживали связь между собой начиная со Средневековья.

Магическое сообщество коренных американцев, так же как европейское и африканское, знали друг о друге задолго до иммиграции европейских не-магов в семнадцатом веке. Им уже было известно о множестве сходств между их общинами. О некоторых семьях можно сразу было сказать, что они «магические», а иногда волшебные силы неожиданно появлялись в семьях, в роду у которых никогда не было ни ведьм, ни волшебников. В общем, соотношение волшебников и неволшебников казалось приблизительно одинаковым у всех народов, также как и отношение не-магов к волшебникам, независимо откуда бы они ни были родом. В сообществе коренных американцев некоторых ведьм и волшебников принимали и даже превозносили в их племенах, так как они отменно проявляли себя как отличные целители или охотники. Однако, бывало, что не-маги клеймили волшебников за их веру, в основном, в случаях, когда они подозревали магов в одержимости злыми духами.

Легенда коренных американцев о шифтерах (skin walker) — злых ведьмах или волшебниках, которые обладают способностью принимать облик животного по своему желанию — основана на реальных фактах. В основу легенды легли Анимаги (Animagi) коренных американцев, которые приносили в жертву близких членов их семей, чтобы получить силу перевоплощения. На самом деле, большинство анимагов принимало звериную форму, чтобы убежать от преследований или помочь племени с охотой. Унизительные слухи такого рода довольно часто исходили от не-магов целителей, которые иногда сами притворялись, что владеют магической силой, боясь, что их секрет раскроют.

Сообщество волшебников коренных американцев было известно своими достижениями в сфере магии животных и растений. Например, их зелья славились намного лучшим качеством чем те, которые варили в Европе. Наиболее заметной разницей между методикой приминения магии у коренных американцев и европейских волшебников было отсутствие волшебных палочек у первых.

Волшебные палочки впервые появились в Европе. Они помогают контролировать и направлять магию, делая ее более точной и мощной, хотя говорят, что лучшие из ведьм и волшебников могли творить магию очень высокого качества и без их помощи. Анимаги коренных американцев и зельевары служат примером того, что магия без волшебных палочек может быть многогранной, но накладывать заклинания или перевоплощаться без них очень сложно.

События с семнадцатого по двадцатый век

By J.K. Rowling

С началом эмиграции европейских не-магов в Новый Свет, все больше европейских ведьм и волшебников прибывало в Америку. Так же как и у не-магов, решивших уехать на чужбину, у волшебников тоже были свои причины на то, чтобы покинуть родные края. Кому-то просто хотелось новых приключений, но все же большинство из них было в бегах: иногда от преследовавших их не-магов, иногда от коллег по магическому ремеслу, а иногда и от властей, занимавшихся делами волшебников. Они скрывались среди растущего количества прибывавших толпами не-магов, или же среди населения коренных американцев, владеющих магией, которые всегда были рады принять и защитить своих европейских товарищей по ремеслу.

Однако, сразу можно было сказать, что Новый Свет был более суровой средой обитания, чем Старый Свет. На то были три основных причины.

Во-первых, как и их не-маги земляки, они прибыли в эту страну безо всяких удобств, кроме тех, которые им самим удалось обустроить. На их родине все необходимое для изготовления зелья они могли получить в местной аптеке, а здесь им приходилось искать необходимые ингредиенты среди неизвестных им магических растений. Также, негде было найти изготовителей волшебных палочек, а Школа Чародейства и Волшебства Ильверморни, которая в будущем прославится как одно из лучших магических учебных заведений в мире, в то время была всего лишь маленькой хижиной с двумя учителями и парой учеников.

Во-вторых, на фоне действий их новых не-магов земляков, немагическое население большинства родных земель этих волшебников теперь казалось вполне дружелюбным. Иммигранты не только начали войну против населения коренных американцев, что пошатнуло единство магического сообщества, но так же из-за своих религиозных взглядов любое проявление магии воспринималось ими с огромным отвращением. Чтобы обвинить друг друга в оккультной деятельности, пуританам было достаточно малейших доказательств. Недаром ведьмы и волшебники Нового Света относились к ним с предельной осторожностью.

Последней, и наверняка самой опасной, проблемой, с которой пришлось столкнуться прибывшим в Северную Америку волшебникам, были охотники за головами. Так как магическое сообщество в Америке было довольно небольшим, разрозненным и тайным, у него еще не было правоохранительных органов. Эта функция выполнялась шайкой беспринципных магов-наемников разных национальностей, которые создали жестокую группу специального назначения по отлову не только известных преступников, но и любого, за кого заплатят достаточно золота. Со временем магические охотники за головами становились все более продажными. Многим, находящимся далеко за пределами юрисдикций магических властей своей родины, пришлась по вкусу власть и безнаказанная жестокость. Этим магам нравилось устраивать бойни и пытки, и даже дошло до того, что они начали заниматься работорговлей волшебников. Под конец семнадцатого века количество магических охотников за головами значительно увеличилось по всей Америке, и существуют доказательства того, что они выдавали невинных не-магов в качестве колдунов, чтобы получить награду от доверчивых немагических членов сообщества.

Известные суды над Салемскими ведьмами 1692-1693 годов были трагедией для сообщества волшебников. Историки волшебства сошлись во мнении, что среди так называемых пуританских судей были по крайней мере два известных магических охотника за головами, которым дали взятку, чтобы решить междоусобицы, возникшие на Американской земле. Большинство из обвиненных хотя и были ведьмами, но ни одна из них не была повинна в выдвинутых ей обвинениях. Другие же были простыми не-магами, которые оказались не в том месте и не в то время посреди истерии и жажды крови местного населения.

События в Салеме имели более значительные последствия для магического сообщества, чем просто трагическая смерть осужденных. Сразу же после этих событий множество ведьм и волшебников бежали из Америки, а остальные даже близко не подходили к этим окрестностям. Это привело к интересным изменениям в магическом населении Северной Америки в сравнении с населением Европы, Азии и Африки. Вплоть до начала двадцатого века ведьм и волшебников среди общего населения Америки было намного меньше, чем на других четырех континентах. Чистокровные семьи, которые были в курсе всех последних волшебных новостей о пуританах и охотниках за головами, редко решались уезжать в Америку. Это привело к резкому росту ведьм и колдунов, рожденных в семьях не-магов Нового Света, с намного высшим процентным отношением по сравнению с другими местами. В то время, как эти ведьмы и колдуны зачастую вступали в брак и заводили свои собственные магические семьи, идеология чистой крови, которая занимала весомое место в магической истории Европы, была далеко не такой популярной в Америке.

Пожалуй, наиболее значимым последствием событий в Салеме было создание Магического Конгресса Управления по Северной Америке в 1693 году, почти на столетие раньше конгресса, созданного немагическим населением. Известный всем ведьмам и колдунам Америки как МАКУСА (часто произносится как «Ма-ку-са»), это был первый сход сообщества волшебников Северной Америки с целью создать для себя законы и фактически основать магический мир в немагическом мире, подобный тем, что существовали во многих других странах. Первым делом МАКУСА решил привлечь к суду волшебников, предавших своих собратьев. Осужденные за убийства, торговлю волшебниками, пытки и другие виды проявления жестокости, были казнены за свои преступления.

Некоторым наиболее известным магическим охотникам за головами удалось скрыться от правосудия. После того, как их объявили в международный розыск, они бесследно исчезли среди сообщества не-магов. Некоторые из них вступили в брак с не-магами и создали семьи, где детей с магическими способностями «отсеивали», оставляя только немагических, чтобы не выдать свою принадлежность к охотникам за головами. Мстительные маги таили в себе злобу к изгнавшим их братьям и передавали ее своим потомкам, упорно внушая им, что магия реальна, а также, что ведьм и волшебников надо истреблять при любой возможности.

Американский историк магии Феофил Аббот идентифицировал несколько таких семей, каждая из которых настолько же сильно верила в магию, насколько и ненавидела ее. Не-магов Северной Америки зачастую тяжелее обмануть, чем кого-либо другого, когда дело доходит до магии, частично из-за верований и деятельности потомков семей магических охотников за головами, настроенных против магии. Это оставило глубокий след на методике управления сообществом волшебников Америки.

Закон Раппапорт

By J.K. Rowling

В 1790, пятнадцатый президент организации МАКУСА, Эмили Раппапорт, ввела закон, целью которого была полная изоляция сообщества волшебства от не-магов. Это привело к одному из самых серьезных нарушений Международного Статута о Секретности, и в дальнейшем, к унизительному осуждению конгресса Международной конфедерацией магов. Причиной того, почему это дело было настолько серьезным, был тот факт, что нарушение исходило из самой организации.

Одним словом, с этой катастрофой была связана дочь верного президенту Раппапорт хранителя сокровищницы и драготов (драгот — валюта волшебников Америки, а хранитель драготов, соответственно, это приблизительный эквивалент министра финансов США) Аристотеля Твелвтриса. Он был компетентным человеком, но его дочь, Доркас была настолько же недалекой, насколько она была красивой. В Ильверморни она, скажем так, не блистала умом, и во время получения высокого поста ее отцом, все еще жила дома, лишь изредка практикуя магию, проявляя интерес только к одежде, прическам и вечеринкам.

Однажды, во время пикника, Доркас Твелвтрис до безумия очаровал красивый не-маг по имени Бартоломью Бэрбоун. Вот только она не знала о том, что Бартоломью был из рода магических охотников за головами. Никто из его семьи не владел магическими способностями, но его представление о магии было несокрушимо, как и убеждение в том, что все ведьмы и волшебники — это чистое зло.

Не осознавая явную опасность сложившейся ситуации, Доркас приняла настойчивый интерес Бартоломью к ее «фокусам» за чистую монету. Поддавшись безыскусным чарам своего кавалера, она рассказала ему секрет местонахождения МАКУСА и Ильверморни, а также поделилась информацией о Международной конфедерации магов и о методах, с помощью которых эти организации защищают и скрывают магическое общество.

Собрав столько информации, сколько смог заполучить от Доркас, Бартоломью украл волшебную палочку, которой она ему так игриво хвасталась, и показал ее всем местным газетчикам, а потом собрал вместе вооруженных друзей и начал преследовать ведьм и волшебников, намереваясь, если повезет, убить всех местных магов. Но на этом Бартоломью не остановился, он дал в печать брошюры, в которых были указаны адреса мест, в которых собирались ведьмы и волшебники, и разослал их влиятельным не-магам, часть которых была весьма заинтересована в обнаружении потенциальных мест «зловещих оккультных собраний».

Опьяненный своей миссией разоблачения ведьмачества в Америке, Бартоломью Бэрбоун перешел все границы человечности, расстреляв группу волшебников МАКУСА, которые, как оказалось позже, были обычными не-магами, случайно очутившимися рядом. К счастью, никто из них не был убит, но ему пришлось отбыть за это тюремный срок, уже не говоря о дискредитации. Это было большим облегчением для организации МАКУСА, которой дорого стоила глупая опрометчивость Доркас.

Брошюры Бартоломью распространялись все дальше и дальше, и несколько газет приняли их достаточно серьезно, чтобы напечатать изображения волшебной палочки, принадлежащей Доркас, с примечанием, что одним взмахом она может «завалить быка». Это привлекло столько внимания к штабу МАКУСА, что им пришлось переехать в другое место. Во время публичного собрания Международной конфедерации магов президенту Раппапорт пришлось признаться в своей неуверенности в том, что все, кто владел информацией, раскрытой Доркаc, были устранены. Утечка была столь большой, а информация — столь детальной, что последствия этого были ощутимы еще много лет.

Хотя большинство представителей магического сообщества требовали наказать ее пожизненным тюремным сроком или даже смертной казнью, Доркас провела всего лишь один год в заключении. После своего освобождения она уже жила в совсем ином магическом сообществе, и до конца жизни, на протяжении которой ее единственными друзьями были собственное отражение в зеркале и попугай, Доркас не покидало чувство глубокого позора и тяжелого потрясения.

Неосторожность Доркас привела к введению закона Раппопорт. Его суть заключалась в строгой изоляции магического сообщества от не-магов. Волшебникам больше не позволялось вступать в брак или поддерживать дружеские отношения с не-магами. Любые личные отношения с ними несли за собой суровые наказания. Связь с не-магами была позволена только с целью поддержания повседневной деятельности.

Закон Раппапорт также был основной культурной разницей между американским и европейским магическими сообществами. В Старом Свете государства не-магов и магические сообщества всегда сотрудничали и поддерживали связь на определенном уровне. В Америке же организация МАКУСА действовала в полной независимости от государства не-магов. В Европе ведьмы и волшебники вступали в брак и поддерживали дружбу с не-магами; в Америке же они все чаще воспринимались как враги. В общем, закон Раппапорт загонял магическое сообщество Америки, которое и так не совсем ладило с недоверчивым населением не-магов, все глубже в подполье.

Магическая Америка 1920-х годов

By J.K. Rowling

Американские волшебники оставили свой след во время Первой мировой войны 1914-1918 годов, несмотря на то, что большинство их немагических братьев по оружию не знало об этом факте. Так как магические отряды присутствовали с обеих сторон, их преимущество не было уж таким значительным, но они принесли много побед, предотвращая дополнительные потери жизней солдат, а также побеждая их магических врагов.

Даже война бок о бок против общего врага не заставила представителей организации МАКУСА пересмотреть свою позицию насчет перемирия между не-магами и волшебниками. Закон Раппапорт даже не думали отменять. К двадцатым годам двадцатого столетия магическое сообщество Соединенных Штатов привыкло к этой довольно скрытной, по сравнению с европейской, жизни, и к тому, что доверять они могут только своим собратьям.

Катастрофическое нарушение Статута о Секретности Доркас Твэлвтрис оставило след в магическом языке, и с того времени быть «Доркас» стало сленговым термином, несущим такие значения как «идиот» или «глупец». Организация МАКУСА продолжала налагать суровые наказания на нарушителей Международного Статута о Секретности. Они еще с большим нетерпением стали относиться к таким магическим феноменам как призраки, полтергейсты и фантастические создания, по сравнению с их эквивалентами в Европе, так как тут они представляли собой риск разоблачения, являясь к не-магам и тем самым давая им знать, что в окрестности водится магия.

После Великого Восстания Сасквотчей в 1892 году (для более подробной информации см. популярную книгу Лиама О’Флаэрти «Последняя схватка Сасквотчей»), организация МАКУСА сменила штаб-квартиру в пятый раз в истории своего существования, перебазировавшись из Вашингтона в Нью-Йорк, где она и находилась на протяжении 1920-х годов. Президентом конгресса в то время была мадам Серафина Пиквери, ведьма из Саванны.

К двадцатым годам двадцатого столетия Школа Чародейства и Волшебства Ильверморни уже процветала на протяжении более двух столетий и считалась одним из лучших магических учебных заведений в мире. Даже их обычная учебная программа позволяла всем ведьмам и волшебникам свободно владеть волшебной палочкой.

Закон, введенный в конце девятнадцатого столетия, обязывал всех членов американского магического сообщества иметь при себе «разрешение на ношение волшебной палочки», с помощью которого было намного легче контролировать всю магическую деятельность и идентифицировать преступников по их волшебной палочке. В отличие от Британии, где магазин Олливандера практически монополизировал данный рынок, в Северной Америке можно было найти четырех качественных производителей волшебных палочек.

Шикоба Волк (Shikoba Wolfe), потомок племени чокто (Chocktaw), был известен своими искусно изготовленными волшебными палочками, используя хвостовые перья птицы-грома (птица-гром — магическая американская птица, близкий родственник птицы феникс). Волшебные палочки Волка обладали чрезвычайной силой, которую было не так уж легко обуздать. Они были особо популярны среди поклонников заклинаний Трансфигурации.

Йоханнес Йонкер, волшебник, рожденный в семье магла, немагический отец которого был отличным плотником, в свою очередь вырос успешным изготовителем волшебных палочек. Его палочки всегда были высоко востребованы и распознать их не составляло труда, так как каждая была инкрустирована перламутром. Испробовав разные материалы в качестве основы волшебных палочек, Йонкерс остановился на шерсти кошки вампус.

Тьяго Кинтана пошатнул мир магии своими изящными и зачастую длинными волшебными палочками, в каждой из которых за основу был взят прозрачный спинной хребет белого речного монстра из Арканзаса. Они сочетали в себе силу и элегантность. Тревога о большом количестве вылавливаемых монстров вскоре утихла, после того как было доказано, что Кинтана был единственным, кто знал как их приманивать. Этот секрет он с хранил до самой своей смерти, после чего производство волшебных палочек, сделанных из спинного хребта белого речного монстра, окончательно остановилось.

Виолетта Бове, известная изготовительница волшебных палочек из Нового Орлеана, на протяжении многих лет отказывалась разглашать информацию о материале, взятом за основу ее волшебных палочек, оболочка которых изготовлялась из древесины болотного боярышника. В конце концов, стало известно, что при их изготовлении использовалась шерсть ругару, опасного монстра с головой собаки, живущего среди болот Луизианы. Считалось, что волшебные палочки Бове тянуло к черной магии так же, как и вампиров к крови. Несмотря на это, множество американских героев-волшебников 1920-х годов шли в бой, вооруженные исключительно палочками Бове, и даже сама президент Пиквери владела одной из них.

В отличии от сообщества не-магов 1920-х годов, МАКУСА позволял ведьмам и колдунам употреблять спиртное. Многие критиковали такого рода политику, указывая на то, что это делает их поведение бросающимся в глаза среди трезвых немагических горожан и может привести к разоблачению. Однако, однажды в порыве столь несвойственной ей беспечности, президент Пиквери обмолвилась, что быть волшебником в Америке уже и так достаточно сложно. Как она когда-то сказала своему шефу администрации: «Тема Веселящей воды обсуждению не подлежит».

Это перепечатка документа с уже не существующего сайта pottermore.com. Все права на данный документ принадлежат Дж. К. Роулинг.